У меня в жизни по некоторым меркам было много «Звездолетов». Мой выбор пал на эту марку не потому, что это дорого и богато. А потому что череда определённых событий и обстоятельств привела к тому, что я выбрал этот бренд. И сейчас я не хочу и не буду его менять.
Так же, как и бренд, я когда-то выбрал кузов универсал. Легковой автомобиль даёт тебе свободу передвижения в городских условиях и меньшие затраты на обслуживание, налоги и эксплуатацию. А вместительный багажник и салон позволяют при необходимости использовать машину для отдыха или перевозки стройматериалов.
В молодости ни о каких Mercedes я не думал. Я капал слюной на Passat B2 в универсале, но думал, что при своём достатке потяну разве что «четвёрку» Жигулей, а на крайняк — «двойку».
Но так сложились обстоятельства, что первым личным автомобилем у меня стала «Таврия Дана». Помесь «девятки» и «четвёрки», но в миниатюре. Плюс был в том, что подходили запчасти от Жигулей. Минус — ее размер. В ней было два больших недостатка очень мало места в салоне и высокая прожорливость мотора при объёме двигателя в литр. Ела около 12 литров 92-го. Машина была с небольшим пробегом и из хороших рук, я эксплуатировал её очень бережно и аккуратно. Но всё равно что-то постоянно ломалось то ШРУС, то задняя балка, то тормоза, то ни с того ни с чего электронный блок зажигания. Машина не давала скучать и ела бензин как не в себя даже при самой аккуратной езде.
А через несколько лет сложилось так, что у меня на работе один из сотрудников решил продать свой «Звездолёт» в универсале. Стоимость была разумной для моего тогдашнего заработка и я решил взять. В моменте очень переживал, что разорюсь на ремонтах так как машину брал в кредит и на ремонт уже бы не оставалось денег. Но, забегая вперёд, скажу, я им (Мереном) чуть ли не гвозди забивал, а он просил только менять масло и фильтра. И всё. Абсолютно всё.
Я ездил на нём на юг отдыхать, по старой убитой М4, в Ленобласть и ближайшие к Питеру города. Машина, во-первых, не ломалась, а во-вторых, ела даже при самых неэкономных режимах около 8 литров 95-го при объёме 1.8.
Почему я решился купить после «Таврии» именно Mercedes? На тот момент я уже пережил события аварии 11 ноября 2004 года. И остался под впечатлением.
Оба столкнувшихся автомобиля двигались в момент удара со скоростью не менее 100 км/ч. Это были начало 2000-х, никаких камер и радаров на столбах не было, а по Народному Ополчению медленнее никто и не ездил. Авария произошла потому, что «девятка» не уступила дорогу выезжая с Лени Голикова и сунулась сразу во второй ряд, не рассчитав скорость. Девятка ударила в правое переднее крыло Mercedes и вытолкнула его на встречную полосу в лоб пятерке. Никто не успел нажать на тормоз. Торможения в принципе не было, да оно было бы бессмысленно.
У «пятёрки» мотор сразу оказался в салоне. Капот натянулся на место водителя и переднего пассажира. А у Mercedes был помят! перед и заблокировало переднюю дверь. Стекла остались на месте. Водитель сам вышел через пассажирскую дверь с разбитым лицом от сработавшей подушки безопасности.
Суммарная скорость в момент столкновения была около 200 км/ч. Именно тогда я понял, какой автомобиль хочу для себя.
И когда на работе мне предложили купить «цешку», я ещё толком не знал ни истории компании, ни отношения их к качеству, ни как я буду обслуживать эту машину, ни подходов к безопасности этого автопроизводителя. Я знал только одно он крепок.
До «Таврии» все автомобили, которые мне приходилось водить, были заднеприводными. Я научился чувствовать машину с задним приводом в разных условиях без помощи электронных систем. И для меня было очень неприятным и некомфортным в «Таврии» именно её передний привод.
Есть точка зрения, что переднеприводные автомобили лучше в управлении. Я не хочу её оспаривать. Но мне чуждо то, что при въезде в лужу или заносе на скользкой дороге на переднем или полном приводе ты должен поддать газу, чтобы выйти из заноса. Какая первая реакция у неопытного водителя при заносе? Правильно: ступор и отпускание педалей. А это приводит к тому, что передние колёса начинают вращаться медленнее — и занос усиливается.
На заднеприводном автомобиле при отпускании педали газа машина сама выравнивается. Задние колёса, начиная медленнее вращаться, работают как якорь — выравнивают автомобиль и успокаивают его. Да, на заднем приводе надо уметь преодолевать снежную колею. Это навык, который нужно нарабатывать в автошколе с инструктором. Но по моему личному мнению и опыту путешествий задний привод даёт больше преимуществ в определённых условиях.
Но сейчас не об этом.
Этот Mercedes, как и все последующие (кроме последних), я разбил. Именно в этот мне в зад стоящего автомобиля приехал Honda Pilot на хорошей такой скорости. Точно скорости я не знаю, но он спешил. Спешил по встречке, обгоняя пробку, которую я создал на Ждановской набережной, притеревшись с Жигулями. В салоне моего Mercedes в этот момент на заднем сиденье сидела девушка. Она отделалась синяком на попе.
Машина стояла заглушенная, подушки не сработали — хватило внутренней жёсткости конструкции. После удара задние колёса зажало и заблокировало. Моя машина оставила на асфальте тормозной путь 55 метров. Можно предположить, что скорость у Пилота была куда больше 60 км/ч.
После получения страховой выплаты по ОСАГО я привязал машину задом к дереву, а спереди другим автомобилем несколько раз резко дёрнул Мерин и освободил задние колёса. После чего машина своим ходом уехала в Челябинск.
Следующий автомобиль я уже брал, чётко определившись с маркой, и моделью но в более свежем следующем кузове и на дизельном моторе. Почему дизель? В универсалах на ручках из Европы в то время приезжало очень много дизелей. Он менее прожорливый и более тяговитый — для эксплуатации в такси самое оно.
Но минус современного дизельного двигателя из-за высокого КПД — низкая температура выхлопных газов. А значит, салон прогревается долго. И, что самое плохое, во впускной и выхлопной системе образуются отложения из сажи, налипающей на стенки патрубков и мешающей работе заслонок и механизмов. Эти отложения следствие работы системы евронормы, которые якобы очищают выхлоп, но при этом быстро убивают мотор. Экологический смысл всей этой затеи не очень понятен, потому что по итогу мусора от работы мотора становится в разы больше.
Старые двигатели бегали миллионами и до сих пор бегают в условиях Африки, в песке и пыли. И ремонт их возможен буквально на коленке. А с нынешними экологическими нормами и системами не каждый сервис способен не то что отремонтировать, а просто диагностировать неисправность. Даже сам дилер зачастую разводит руками.
В связи с этим я в свое время вынужден был купить свой диагностический модуль StarDiagnostic 4, чтобы иметь возможность в любой момент в пути разбираться с проблемами на месте, а не слушать невнятные рекомендации и избегать лишних трат. Это быстро себя оправдало, даже при космической цене устройства.
Mercedes в 203 кузове оказался слабее по внешним элементам. Каркас жёсткости ушёл внутрь автомобиля, крылья стали больше декоративным элементом по сравнению с 202 кузовом. Я это проверил, совершив лобовое столкновение с BMW.
Ремонтировал машину сам, и был приятно удивлён, насколько всё сконструировано и продумано до мелочей. Силовой каркас при лобовых ударах не страдал. Всё что сминалось откручивалось и прикручивалось к лонжеронам на болты. Мне не потребовались никаких специальных знаний и инструментов, чтобы поменять весь перед и подушки безопасности с торпедой.
Когда потребовалось снять голову с этого мотора, я под руководством механика сделал всё сам. Притёр клапана, сделал всё необходимое и собрал. Собрал обратно сам все системы, которые были прикручены поверх мотора, и на всё про всё у меня ушло меньше двух дней. Я делал это почти без интернета и не обладая дополнительными знаниями. Мой опыт ремонта двигателей был на уровне «Запорожца» и корабельного мотора ростом с хороший шкаф. Всё в Мерине разобралось и собралось интуитивно и понятно. Не осталось ни одной лишней детали. И при этом не пришлось вынимать мотор из-под капота и даже снимать капот.
Эта машина через год уехала жить в Петрозаводск.
И я купил 204 кузов. Он очень нравился мне своими угловатыми формами, оставшимися от 202 кузова. Но в салоне эта концепция ломалась — в салоне я хотел видеть другое. Этой машине тоже досталось: сначала два раза мне приехали в зад, а потом я не вписался в поворот на скорости по мокрой дороге. Мне понравилось что на этой модели кузов был очень крепкий. Единственная проблема которая меня раздражала это отложения сажи во впуске и выхлопе. Но чиповать автомобиль я не хотел. На тот момент я считал: раз инженеры Mercedes сделали так — значит, так надо.
Сейчас, спустя время, читая историю бренда Mercedes, я узнал, что где то в начале 2000-х марка сменила концепцию и подход к производству. По рекомендации умных и заинтересованных людей ушла от надёжности в сторону массовости. Убрав из основы саму концепцию того, что сделало Mercedes Мерседесом. И пошла по пути Китайлизации — вещь-хлам.
За 204 кузовом пришёл 204 рестайлинг. Я не мог нарадоваться изменениям — и в салоне, и снаружи. Лёгкие изменения формы фар сделали для меня из машины идеал. Именно так в моём представлении и должен был выглядеть мой настоящий Mercedes.
Я стал с нетерпением ждать выхода 205 модели. Но то, что я увидел, повергло меня в шок. Это был не Mercedes. Это было всё что угодно, но не Mercedes. Я очень надеялся, что следующая модель в рестайлинге вернёт старые очертания. Но нет. В салон стало страшно смотреть. Mercedes превратился из машины для мужчин в какой-то брелок для немужчин.
В описании узлов и агрегатов появились слова: ёлка, лев и пи… Это было для меня утопией для этого бренда.
Mercedes всегда ассоциировался у меня с передовыми технологиями, которые по умолчанию устанавливались даже на базовые комплектации — не опцией, а в стандартном пакете. С 2000-х годов, к сожалению, ничего хорошего нового я больше не вижу. Всё идёт по пути Китайлизации. Новые автомобили больше не ассоциируются у меня с машинами, на которых можно путешествовать, не опасаясь, что если что-то выйдет из строя, ты сможешь это в пути отремонтировать.
После работы по сервису источников бесперебойного питания и представления о тенденциях с электронными счётчиками обратного отсчёта и принудительным отключением исправных комплектующих ради работы ремонтных сервисов у меня вообще нет желания покупать что-то новое.
Абсолютно ничего.
Раз старые заводы в России не могут делать машины лично я хочу значит что бы построили новый завод на котором наши инженеры сделают наш Мерседес, пусть он будет не уровня разработок 2026 года, но зато все комплектующие каждый чип будет наш. И тогда я с удовольствием сменю свой автомобиль на Отечественный. Да пусть это будет Mercedes десятилетней давности. Но это будет машина, за которую не стыдно и через века. Я не хочу и не буду ездить на нашем нынешнем «Кале». Это принципиальная моя позиция, и я от неё не откажусь.
10 мая 2026 года